Всегда радостны первые успехи молодого талантливого, пусть ещё и не зрелого художника. Не все одинаково оценивают его творчество — одним оно нравится больше, другим меньше. Но если это творчество свежо и самобытно — оно в конце концов всегда находит путь к сердцам людей.

Молодой композитор Александра Пахмутова — ещё аспирантка Московской консерватории. Она родилась в 1929 году в Сталинграде; училась в местной музыкальной школе по классу фортепиано. В Караганде, куда в 1942 году эвакуировалась семья, не оказалось рояля — пришлось учиться играть на аккордеоне. Осенью 1943 года А. Пахмутова приехала в столицу и поступила в Центральную музыкальную школу при Московской консерватории. Здесь она занималась у педагогов И. Васильевой (фортепиано) и Н. Пейко (композиция). Наиболее интересная её работа тех лет — Скерцо для фортепиано. Исполнение этой пьесы юной пианисткой было заснято для документального фильма «Юные музыканты» (1944 г.).

Серьёзно заниматься композицией А. Пахмутова начала в консерватории. Её руководитель В. Фере подметил и поддержал интерес А. Пахмутовой к народной музыке. И уже в первые консерваторские годы ей удалось сделать несколько хороших обработок народных песен. Отметим пьесы на русские темы для струнного квартета, обработки двух русских народных песен для голоса с фортепиано «Не заря ли ты, зорюшка» и «На Иванушке чапан» (слова и мелодии по записи Ф. Истомина и С. Ляпунова).

В произведениях А. Пахмутовой наряду с тёплой лирической струёй проявилось также стремление к энергичным образам, к динамическим контрастам. Эти черты ощущаются, например, в фортепианной Токкате (напечатана в сборнике «Избранные этюды и пьесы советских композиторов для фортепиано», вторая тетрадь, Музгиз, 1952). Всё же Токката, на мой взгляд, по-настоящему не удалась автору. Её динамические нарастания несколько шаблонны, фактура однообразна. Несовершенен и четырёхчастный струнный Квартет.

Начиная с четвёртого курса, А. Пахмутова занимается в консерватории под руководством В. Шебалина. Тут состоялась её первая — долгожданная для каждого композитора — «встреча» с симфоническим оркестром. С большим увлечением работает А. Пахмутова над четырёхчастной Сюитой для оркестра. Эта увлечённость живёт в самой музыке Сюиты — темпераментной, искренней.

Правда, первая часть — Вступление — не во всём удалась композитору. Трафаретно звучит шумное начало, а медленная тема несколько нарочита.

Зато превосходна вторая часть Сюиты — «Частушка». Она подкупает мягкостью, сдержанным юмором, каким-то затаённым лукавством. Необычна её форма. В сущности, это вариации на две темы: одна — простенькая гамма в мелодическом мажоре, гармонизованная секстаккордами; другая — обаятельная тема северной каргопольской частушки (запись А. Абрамского):

Обе темы привольно чередуются, и первая становится своеобразным отыгрышем, обрамлением второй. Это — интересный, своеобразный способ обогащения и развития само́й народной темы. Прозрачные голоса деревянных духовых под аккомпанемент струнных pizzicato вызывают в памяти характерное на русском Севере пение женского хора с балалаечным сопровождением.

Некоторые музыканты (М. Коваль, К. Молчанов и другие) на основании чисто внешних, формальных моментов сходства пытались установить в «Частушке» влияния Равеля. Мне кажется, что эти упрёки мало основательны. Гармонические и оркестровые краски, применённые А. Пахмутовой в «Частушке», не нарушают народной основы мелодии, а лишь расцвечивают её. Приём постепенного нагнетания и спада звучности также не был монополизирован Равелем. И вообще, раз уже речь зашла об этом композиторе: не пора ли перестать делать из Равеля пугало для молодых авторов? Настоящий талант, проходя сквозь «зоны влияния» выдающихся мастеров прошлого и настоящего, никогда от этого не потускнеет.

Иной образ раскрывается в третьей части Сюиты — «Песне». Она не могла бы появиться, не будь у молодого композитора опыта обработок народных мелодий. Сказалось также и живое знакомство А. Пахмутовой с русской песней во время её поездки в сельские районы для записи фольклора.

Главная тема третьей части — прекрасная лирическая мелодия в духе протяжных песен:

Уже в пределах экспозиции эта мелодия достигает широкого развития, которое ведёт к яркой, эмоционально насыщенной кульминации с выразительным контрапунктом у валторн. Это, в сущности, один из первых в творчестве А. Пахмутовой примеров непосредственного «роста», симфонического развития образа. Развитие продолжается и в репризе, где основная тема контрапунктически соединяется с народной северной мелодией (запись Е. Гиппиуса).

А. Пахмутова. Рис. худ. Е. КоротковойДинамичность напряжённого нарастания перед кульминацией заставляет вспомнить некоторые произведения Рахманинова с их исключительно интенсивным развитием русского мелоса.

В заключении части вновь возникает, как обрамление, первая тема. Аналогичный приём был и в «Частушке». И то обстоятельство, что один и тот же драматургический приём, применённый в двух смежных частях Сюиты, не производит впечатления однообразия, говорит о его оправданности.

Финал по характеру музыки близок первой части Сюиты. Красив подход к кульминации, построенный на проведении второй темы финала в увеличении. Выразительно звучит широкая мелодия струнных на трепетном аккомпанементе деревянных духовых.

Сюита, конечно, ещё не вполне зрелое произведение. В крайних частях (особенно в финале) явно не хватает ярких тематических контрастов. Порой возникает и ощущение некоторого однообразия, идущее, быть может, от обилия трёхчастных структур (как в строении тем, так и целых частей).

Но в целом Сюита — интересное сочинение, бесспорный успех молодого композитора. Сюита неоднократно звучала по радио, а также на открытых концертах в Москве, Ленинграде, Баку, Кисловодске.

Следующее крупное произведение А. Пахмутовой — четырёхчастная кантата «Василий Тёркин» для смешанного хора с оркестром (на слова А. Твардовского). В Кантате (представленной в качестве дипломной работы) А. Пахмутова впервые попыталась воплотить большую героико-эпическую тему. Но произведение это не удалось автору. Темы Кантаты не получили интересного, убедительного развития. Батальные эпизоды зачастую носят внешний характер. До некоторой степени случаен и выбор стихов из поэмы А. Твардовского. В результате Василий Тёркин в Кантате оказался намного беднее своего литературного прообраза.

Всё же работа над Кантатой сыграла определённую роль в становлении творческой индивидуальности молодого композитора. Дело здесь не только в навыках обращения с хором, но и в отдельных мелодических находках. Не случайно две темы из Кантаты вошли в новое крупное произведение — Концерт для трубы с оркестром (ми-бемоль минор). В июне прошлого года это произведение было исполнено аспирантом И. Павловым и оркестром Московской филармонии под управлением Е. Светланова.

В Концерте вновь проявились тенденции внутреннего развития образов, наметившиеся ещё в Сюите. Показательна в этом смысле роль главной темы Концерта. Её значение особенно важно и потому, что Концерт — большая одночастная композиция, образно-тематическое единство которой во многом обусловлено «сквозным» развитием главной темы:

Она претерпевает ряд изменений. Сдержанно-сосредоточенная, несколько сумрачная во вступлении, она звучит темпераментно, драматично в главной партии, напористо и энергично в заключительной, торжественно-величаво в коде; эта красивая тема — удачный образец именно главной партии в сонатном Allegro лирико-драматического типа. Её преобразования позволяют показать различные стороны основного образа. «Декоративная» фанфарность, характерная для трубы, хорошо сочетается в теме с яркой экспрессивностью, эмоциональной насыщенностью.

Чудесен эпизод перед разработкой: его хочется назвать серенадой или ноктюрном (своего рода медленная часть в «одночастном цикле»). Можно спорить, насколько органично, с точки зрения стиля, сочетание в одном произведении «изнеженных» рубато этого эпизода с широкой темой побочной партии, выдержанной в русском песенном складе. Но бесспорно, что самая .музыка «серенады-ноктюрна» хороша; она привносит в Концерт яркий тематический контраст, которого не было раньше в произведениях А. Пахмутовой.

Примечательна для творческого роста композитора и мелодия побочной партии. Сравним два варианта этой темы — в кантате «Василий Тёркин» и в Концерте для трубы:

Как видим, мелодия осталась неизменной. Но как освежила её новая гармонизация (параллельные трезвучия и секстаккорды)! Параллелизм трезвучий — вообще один из излюбленных гармонических приёмов молодого композитора. Это видно на примере многих эпизодов Сюиты и других, более ранних, произведений.

В Концерте для трубы А. Пахмутовой нет претензии на глубину «философских» размышлений. В то же время многие страницы Концерта отличаются подлинным драматизмом. Торжественная кульминация в коде убедительно подытоживает тематическое развитие произведения. Ощущение драматургической закономерности развития — пожалуй, главная заслуга молодого композитора. В Концерте для трубы это качество проявилось, в сущности, впервые.

Есть ещё одно важное отличие Концерта от предыдущих работ А. Пахмутовой. Претворение народно-песенных элементов дано здесь уже не столь прямолинейно. Отсюда и новые черты мелодики: в ней отчётливей проявляются свои, индивидуальные особенности. А. Пахмутова выразительно передаёт в музыке и тембровую специфику инструмента.

Темы-мелодии А. Пахмутовой очень просты. В них не найдёшь резких скачков, изломанных движений. Для музыки молодого композитора характерны диатонические темы, насыщенность которых часто можно объяснить взаимодействием незатейливой песенной мелодии (особенно медленной кантилены) и «острой» гармонизации (например, побочная партия Концерта). Известно, что такой принцип часто применялся и применяется многими советскими мастерами (Н. Мясковским,, Д. Кабалевским и др.).

Заметим, что в произведениях А. Пахмутовой мелодический материал ярче и выше по качеству, чем его последующее развитие. Так, например, разработка в Концерте для трубы сильно уступает экспозиции и репризе.

Некоторая структурная «одноликость» мелодий особенно проявляется в массовых песнях А. Пахмутовой. В этих песнях немало ярких, свежих интонаций, но всё же в них заметна чрезмерная приверженность к одному, пусть даже удачно найденному, приёму. Например, мелодии таких различных по содержанию песен, как «Баллада о Белояннисе», «Кавалерийская» и «Тракторист» (из лирической комедии В. Шатуновского «Противная сторона»), поначалу развиваются почти одинаково. Их динамика основана на движении чёткого, рельефного мотива от тоники к минорной доминанте:

А. Пахмутова обладает песенным даром; в своём творчестве она могла бы не ограничиваться лишь одним, пусть даже и ярким, приёмом.

Сейчас А. Пахмутова пишет Концерт для виолончели с оркестром, подумывает об опере. Недавно она написала совместно с А. Эшпаем музыку к научно-популярному кинофильму «Экран жизни». Это хорошая «эстрадная» партитура, искрящаяся весельем и жизнерадостностью. Думается, что А. Пахмутовой по силам не только сочинение песен и инструментальных пьес, но и создание хорошей оперетты.

Впереди у Александры Пахмутовой — интересная и напряжённая работа. Пожелаем ей успеха.

«Советская музыка»
1 (206),


 <<< На заглавную страницу  

© А. Н. ПАХМУТОВА В ИНТЕРНЕТЕ (Pakhmutova.Ru, Пахмутова.РФ) — Роман Синельников (составитель) и Алексей Чарыков (дизайн и программирование), 1997-2022. Все права защищены. Копирование материалов без предварительной договорённости запрещено. При упоминании этого сайта на своих страницах или в СМИ просьба сообщать авторам. Хостинг: Hoster.Ru.

 

Напиcать пиcьмо
Free Sitemap Generator