Там, где горный ветер в час ночной
Пролетает над страной,
Шёл он, осуждённый на расстрел,
Шёл, как на бой.
А над кручей тёмной,
Где шумел поток,
Рос скромный цветок…
К белой гвоздике он лицом приник
В этот последний миг…
Жестко раздалась команда «Пли!»,
Смолкли выстрелы вдали,
Он упал, зажав в руке цветок,
На грудь земли…
Никос Белояннис! Ты погиб за нас
В тот горестный час.
Но жив твой образ в тысячах сердец,
В песнях ты жив, боец!
Никос Белояннис не убит,
Он живет в делах друзей.
Сердце, что свинец в себе хранит,
Ярче горит!
Пусть к огням коммуны он прийти не смог,
Пусть жертвою пал,
Белый цветок гвоздики в дни тревог
Знаменем нашим стал.
Над предгорьями Кавказа солнце доброе не светит.
Старики вздыхают молча. Исподлобья смотрят дети.
Вырубают виноградник, — без вины пришла расплата.
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Ты дарила людям радость, звонко пела и смеялась.
Гибкий стан твой порубали. Поле мёртвое осталось…
Рубанули за мгновенья. За столетья — нет возврата…
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Вырубали (мы-то знаем!) из поэм и песен строчки.
И кедровник вырубали. И людей — поодиночке.
Ах, как лихо, ах, как просто, — одним махом всё поборем!
Бывший стих и бывший труд, — всё под корень, всё под корень!
Доброта в посеве правды. Только злоба в разрушенье.
Вот уже навеки в ссоре близлежащие селенья.
Ах, как страшно, если руку поднимает брат на брата!
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Всё как будто бы, как прежде… Ручейки сбегают к морю.
Только мёртвые равнины, — словно памятники горю,
Словно вызов нашим предкам, словно нежности утрата.
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Говорили-балакали
Две вербы за селом.
После тихо поплакали
Две вербы за селом.
А о чём? А зачем
Говорили-балакали,
После тихо поплакали
Две вербы за селом?
Говорили-балакали
Две вдовы под окном.
После тихо поплакали
Две вдовы под окном.
А о чём? А зачем
Говорили-балакали,
После тихо поплакали
Две вдовы под окном?
Говорили-шепталися
Две калины во тьме.
После тихо смеялися
Две калины во тьме.
А о чём? А зачем
Говорили-шепталися,
После тихо смеялися
Две калины во тьме.
Говорили-шепталися
Две дивчины в окне.
После тихо смеялися
Две дивчины в окне.
А о чём? А зачем
Говорили-шепталися,
После тихо смеялися
Две дивчины в окне.
За окном две тропинки,
Одна молодая,
А другая уже засыхает,
Как на ветке листок.
Давайте после драки
Помашем кулаками:
Не только пиво-раки
Мы ели и лакали,
Нет, назначались сроки,
Готовились бои,
Готовились в пророки
Товарищи мои.
Сейчас всё это странно,
Звучит всё как-то глупо.
В пяти соседних странах
Зарыты наши трупы.
И мрамор лейтенантов —
Фанерный монумент —
Венчанье тех талантов,
Развязка тех легенд.
За наши судьбы (личные),
За нашу славу (общую),
За ту строку отличную,
Что мы искали ощупью,
За то, что не испортили
Ни песню мы, ни стих,
Давайте выпьем, мёртвые,
Во здравие живых!
На свете мальчик Федя жил
И кушал он компот.
И каждый день его учил
Другой, большой Федот,
Что:
Припев:
Дважды два, дважды два,
Дважды два — четыре;
Уходя, гасите свет;
Сила вся в кефире;
Заходя в кабинет,
Говорите «Здрасьте»;
Если вам ответят: «Нет!» —
Сдерживайте страсти.
И так он жил и подрастал
И сам Федотом стал.
Но вот Федот уже не тот:
Учёный, кандидат!
И пишет вдумчиво Федот
Научный реферат,
Что:
Припев.
А чтобы что-то понимать —
Ему на то плевать.
Еленою Прекрасною
К нему любовь пришла.
Шептал любимой страстные,
Заветные слова:
«Ах:»
Припев.
Она ушла, не поняла,
Зачем сирень цвела.
Ничто не вечно под луной,
Как говорит поэт.
Перенапряг он череп свой —
И вот Федота нет:
Но:
Припев:
Дважды два, дважды два —
Всё равно четыре;
Уходя, гасите свет;
Сила вся в кефире;
Заходя в кабинет,
Говорите «Здрасьте»;
Если вам ответят: «Нет!» —
Сдерживайте страсти.
Полёт, как песня, вдохновенный —
Заря космического века!
В груди загадочной Вселенной
Забилось сердце Человека…
Во мгле космической тобою
Дороги звёздные открыты.
Тебя мы нашею мечтою
Все выводили на орбиту!
На подвиг все имеют право,
И каждый жил мечтой одною —
Весь путь от старта и до славы
Плечом к плечу пройти с тобою.
У нас бы выдержали нервы,
Нашлись бы мужество и силы.
Мы верим, что в ракете первой
Нам просто места не хватило!
Достиг ты звёздного порога,
Полёт, как подвиг, был высоким.
Приходит солнце к нам с востока
И звали твой корабль «Востоком».
И скоро новые ракеты
Орбитой мужества помчатся.
Ты слышишь — дальние планеты
Ждут нашей Родины посланцев!
Я каждый раз на сцену — как на исповедь,
А если вдруг чего недосказал,
Прорвётся недосказанное исподволь:
Помилуй и прости меня, мой зал!
Не лгу, не предаю, не мщу своим врагам,
Вернее, так: врагов не замечаю,
Стараюсь другом быть проверенным друзьям,
Обиды — как без них? — когда могу, прощаю.
Любовь свою ценю и, как дорогу в храм,
Дарю тому, кого постигли беды.
Но обижать её я никому не дам,
С ней делим пополам и тризны, и победы.
Что в мир пошлёшь, того и жди в ответ —
Работают законы бумеранга.
Поэтому я отвечаю «Нет!»
Всему, что мне, простите, не по рангу.
Я каждый раз на сцену — как на исповедь,
А если вдруг чего недосказал,
Прорвётся недосказанное исподволь:
Помилуй и прости меня, мой зал!
Ветер свободы, которым дышу я,
Песней рассвета над миром бушует.
Дано мне великой Отчизной моей
Священное право на выбор друзей.
Припев:
Суров и нежен сердца стук,
И песня молода…
Моя страна — твой верный друг
Навеки, навсегда.
Твой честный друг, твой верный друг
Навеки, навсегда!
Вспомните зов пролетарского гимна!
Бой у нас общий и счастье взаимно.
Мы делим по-братски и хлеб, и беду,
И звёздные выси берём на лету!
Припев.
Люди, как звёзды, и небо, как знамя.
В бой за свободу мы вышли с друзьями.
Нам дружба нужна, чтобы не было зла,
Чтоб песня свободной и честной была!
Вариант:
Пики свободы берутся друзьями. Вариант: Чтоб песня открытой и честной была!
Я зайка-непоседа, я зайка-журналист,
Пишу статьи в газеты и в журнал «Капустный лист».
А если б не писал я про волка и лису,
В лесу бы жили звери все и вправду как в лесу.
И пусть, как ни печально, зовут меня «косой», —
Я зверь принципиальный, я честный и прямой.
В своей лесной газете всю правду говорю,
Ни на кого на свете я косо не смотрю!
На сцене солдаты, шуты и красавицы,
Но как многопланова главная роль!
Король на охоте, король забавляется
И ходит по улицам голый король.
Припев:
Как и прежде, печальна земная юдоль,
Но сильна королевская школа:
«Я не голый король, я — весёлый король!
Вот народ мой действительно голый!»
Кто помнит эпохи далёкие ранние?
Вот прадед мой — тот был действительно гол!
Ах, каждая власть — маскарад с раздеванием,
До ручки я сам королевство довёл.
Припев.
Какие наш век напридумал компьютеры,
Зато вместо сахара — сладкий елей!
От края до края, от хутора к хутору
Вы славите, славите нас, королей!
Я знаю отлично, что сотня глупцов
Не может сломить одного мудреца!
Но видел я лично, как сто мудрецов
Идут, оставляя простор для глупца.
Какое раздолье глупцу-молодцу
Как славно живётся ему, храбрецу,
Когда мудрецы от него убегают,
Забыв, что подобное им не к лицу!
Я знаю отлично, что речь мудреца, —
Одно его слово — в конце-то концов! —
Способно пресечь словоблудье глупца
И сотен трескучих глупцов-близнецов!
Но видел я лично, как сотня глупцов
Способна пресечь мудреца и певца,
На музыку цыкнуть, на песню прикрикнуть
И плюнуть в колодец и в душу скворца.
Я знаю отлично, что жалок глупец, —
Ведь он искалечен страшней, чем скопец!
Ведь он от природы обижен Творцом
Страшнее, чем тот, кто родился слепцом!
Я знаю, что должен глупца пожалеть,
Но свищет его беспощадная плеть.
Жалеть же того, кто сечёт меня плетью, —
Для этого надо совсем ошалеть!
Помимо тех друзей, что есть вокруг,
На свете существует тайный круг
Моих друзей незримых, неизвестных…
Я тоже чей-то неизвестный друг.
Помимо тех врагов, что есть и так,
На свете существует сто ватаг
Моих врагов незримых, неизвестных…
Я тоже чей-то неизвестный враг.
Помимо тех планет, где жизни нет,
Летит, быть может, миллионы лет
К нам дальний свет незримых, неизвестных,
Но любящих и мыслящих планет.
Быть может, там не льётся в битвах кровь,
А премия даётся за любовь,
За круг друзей незримых, неизвестных,
За братство существующих миров.
Помимо тех друзей, что есть вокруг,
Быть может, есть инопланетный круг
Моих друзей незримых, неизвестных…
Я тоже их инопланетный друг.
Моих друзей незримых, неизвестных…
Я тоже чей-то неизвестный друг…
Если песня звучит В тесном зале Земли,
Значит, мир приоткрыт Для добра и любви.
Жизни тонкая нить… Бурных дней круговерть…
Ах как хочется жить! Ах как хочется петь!
Припев: Мы ещё много раз Соберёмся все вместе.
Вы поверьте, — без вас Не рождаются песни!
Добрый час для всех нас Непременно воскреснет!
Добрый путь! Добрый день! Добрый час!
Ночь опустит крыла, И пойду я ко дну, —
Только музыку зла Никогда не приму!
Вспомни песни мои И доверчивость глаз…
Для добра и любви Песня выбрала нас.
О, дружба, сад весенний,
Где птиц счастливых пенье!
Нам щедро даришь ты
Улыбки и цветы.
Очи голубые,
Неба синева…
Нам сестра София,
Вам сестра Москва.
Высокой дружбы светом
Вся наша жизнь согрета.
Дорогу к новым дням
Открыла дружба нам.
Песни огневые,
Добрые слова…
Нам сестра София,
Вам сестра Москва.
Народы-побратимы,
Для счастья жить хотим мы.
Пройди весь белый свет,
Прекрасней дружбы нет!
Мы навек родные,
Пусть летит молва —
Нам сестра София,
Вам сестра Москва.
